Содержание:
Дональд Трамп отправился в затяжное политическое турне по Ближнему Востоку, и главной точкой маршрута стал Эр-Рияд, где его принимали с максимально возможной пышностью. Но все это — лишь яркая мишура, а важно в происходящем то, что американский президент официально встретился с новым сирийским лидером Ахмедом аш-Шараа.
Чтобы понять важность этого события, нужно выстроить всю уже существующую и только создаваемую цепочку событий.
Пресс-секретарь Белого дома сообщила, что встреча состоялась по приглашению наследного принца Мухаммеда бен Сальмана. В процессе к разговору в телефонном режиме также подключился президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Саудиты напористо проталкивали идею отмены санкций против «новой Сирии». Дональд Трамп, в свою очередь, выдвинул встречное требование. Дамаск должен подписать так называемые «Соглашения Авраама», подразумевающие нормализацию отношений с Израилем (главным союзником США в регионе), начать борьбу с ИГИЛ* и союзными ей группировками, изгнать из страны радикальных джихадистов и взять под контроль деятельность полевых лагерей по подготовке боевиков.
Самое важное — это, конечно, опосредованная легитимизация Ахмеда аш-Шараа. Теперь он встречается с лидерами крупнейших мировых держав — в Эр-Рияд молниеносно примчался Эммануэль Макрон и тоже не преминул провести с ним официальный разговор и фотосессию. Коллективный Запад фактически признал новую сирийскую государственность. Этот факт очень радует Анкару, благо аш-Шараа и его соратники никогда не скрывали своих протурецких симпатий. Однако Турция отдает себе отчет, что теперь на территорию Сирии могут зайти игроки стратегического калибра.
Речь вот о чем.
Основополагающей проблемой Сирии еще во времена Башара Асада были масштабные санкции против ее как кредитно-денежной системы, так и энергетики. Напомним, что, помимо прямого запрета операций и конвертации местного фунта, был полностью перекрыт импорт любых агрегатов и технологий, позволяющих восстанавливать, модернизировать или строить с нуля объекты генерации. Ситуацию критически усугубляла потеря львиной доли продуктивных нефтяных полей, то есть имели место тотальный дефицит топливного сырья и предельный износ оставшихся в строю электростанций, НПЗ и трубопроводов. Во многом это и предопределило скорость крушения. Новая власть и Турция эту слабую точку прекрасно знают — сами разыгрывали эту карту для свержения Асада. Но даже совместно Анкара и Дамаск решить этот вопрос не могут. Сирия лежит в руинах, а у Турции куча своих проблем в энергетике, да и открыто нарушать американские санкции она не будет.
Отметим, что сегодня мы говорим только о секторе электрогенерации, но в энергетике Сирии в принципе нет нормально работающих направлений. Дефицит первичных ресурсов, продуктов переработки углеводородов, строительства распределительных сетей, газо- и нефтепроводов, химкомбинатов просто колоссален. В мире, где все рынки уже давно поделены, для промышленно развитых стран это просто Клондайк.
Вашингтон — по крайней мере пока — открыто не претендует на контракты по восстановлению послевоенной Сирии и ее энергосистемы, но имеет свои широкие интересы. Ключевая задача Трампа максимально замирить регион, обезопасив Израиль, и тем самым войти в историю как человек, совершивший почти невозможное.
Для саудитов Сирия, помимо огромного энергорынка сбыта, — еще и трамплин в новое технологическое будущее. Эр-Рияд прекрасно понимает, что структура мировой энергетики меняется — как минимум в плане того, что природный газ все сильнее теснит нефть в качестве экономического и энергетического базиса. Об этом не пишут на каждом углу, но саудовские компании широко представлены на рынке нефтепереработки внутри США. Они владеют долями на многих крупных производствах нефтепродуктов. Активно идет аналогичная экспансия в Китай в виде совместных проектов. При поддержке Пекина саудиты внедряют новейшие технологии сжигания угля. Мечтают о первой в истории страны атомной электростанции.
Для понимания сложности переплетения политики и энергетики добавим, что упомянутые «Соглашения Авраама» были запущены Трампом на первом сроке, но администрация Байдена четыре года их полностью игнорировала, равно как и просьбы Эр-Рияда о передаче технологий мирного атома. Сегодня саудиты активно посредничают в урегулировании конфликта вокруг Сирии и Палестины, и в случае успеха не исключено, что Трамп согласует столь желанную для арабов атомную сделку. В пользу этой версии свидетельствует и то, что Саудовская Аравия занимается планомерной нормализацией отношений с Израилем.
Вашингтону выгодно усиление саудитов в регионе.
Это, во-первых, не даст Турции наложить лапу на всю Сирию целиком. Во-вторых, создаст новый противовес все еще сохраняющемуся иранскому присутствию и влиянию. В-третьих, сделав саудитам столь щедрый подарок, США смогут рассчитывать на встречные шаги в виде новых оружейных контрактов, увеличения вложений в американские трежерис и более внимательного отношения к просьбам Вашингтона относительно регулирования объемов добычи нефти, то есть управляемой корректировки среднесрочных рыночных котировок.
Это много, очень много.
Соединенные Штаты через саудитов и израильтян смогут прямо влиять на происходящее в регионе, сдерживать амбиции Турции, ставить палки в колеса Ирану и рассчитывать на приток саудовских нефтедолларов. Саудовская Аравия получает совершенно пустой сирийский рынок, возможность кардинального переформатирования своей энергетики, а вместе с ней экономики. И наконец-то становится равноправным игроком в отношениях со Штатами. Для саудитов это вопрос национального престижа после расторжения полувекового кабального соглашения о стратегическом партнерстве, более известного как «нефть в обмен на оружие».
Такой вот сложно запутанный клубок векторов силы и интересов. Осталось выяснить, что по этому поводу думают в Анкаре и Тегеране, а также насколько надежными будут гарантии новой власти в Дамаске по защите иностранных инвестиций. Скучно точно не будет.
* Запрещенная в России террористическая группировка.
