Содержание:
«Китай является во многих случаях бомбой замедленного действия… Я не хочу вредить Китаю, но я слежу», — так сказал Джо Байден, выступая в штате Юта.
Явную противоречивость американской политики в отношении Китая порой пытаются объяснить если не борьбой разных фракций в американской элите, то хитрым планом администрации Байдена. Например, не успел в июне госсекретарь Блинкен съездить в Пекин и даже встретиться с Си Цзиньпином, как президент Байден назвал китайского лидера диктатором. Тут же стали говорить, что все это неспроста, это такой сигнал Китаю, что американцы будут держать жесткую линию. Смысл подобной демонстрации неясен — китайцы и так знают, что англосаксы любят использовать метод кнута и пряника, но в ситуации, сложившейся в американо-китайских отношениях, он совсем не актуален. Ведь именно США нагнетают атмосферу — это они начали торговую войну с КНР, это они демонизируют китайское руководство, это они разыгрывают тайваньскую карту, это они пытаются всячески навредить китайско-европейским связям, оказывая давление на ЕС. Китай же просто хочет понять: с Вашингтоном еще можно пытаться вести диалог или уже стоит готовиться к разрыву и открытой конфронтации — то есть к российскому сценарию?
В своем последнем выступлении Байден снова был противоречив — потому что начал с того, что опять оскорбил китайское руководство: «Китай находится в беде из-за замедления роста экономики и самого высокого уровня безработицы… У них есть некоторые проблемы. Это нехорошо, потому что, когда у плохих ребят проблемы, они совершают плохие поступки».
То есть Китай — это главная угроза США, как говорят американские аналитики и считают рядовые американцы (если судить по данным опросов общественного мнения)? Байден не стал развивать тему, он сосредоточился на перечислении проблем китайской экономики, но и тут умудрился все напутать или исказить. По Байдену, темпы роста ВВП Китая составляют два процента, а в реальности — пять. Доля пенсионеров превышает количество людей трудоспособного возраста — и это тоже неправда. Ну а оценка китайского глобального «Одного пояса и пути» как «долга и петли» для участвующих в нем стран вообще не может рассматриваться иначе, как ворчание проигрывающего: Китай наращивает инвестиции по всему миру, в то время как Штаты теряют свои позиции.
И вот как в Пекине должны относиться к подобным заявлениям? Понятно, что они адресованы в первую очередь внутренней аудитории: американцев уже так накачали антикитайской пропагандой, что она оттеснила русофобию и станет главным предвыборным фактором на президентских выборах в следующем году. Поэтому Байден и рассказывает соотечественникам, как он жестко ведет себя с Си, у которого к тому же полно проблем, — так что не одна Америка в сложной ситуации, и вообще у нее все под контролем на мировой арене. Все это можно пытаться продать американцам, но у китайцев от этого складывается впечатление, что с ними ведут себя абсолютно неискренне.
То есть приезжающие к ним эмиссары из Вашингтона — а после Блинкена в Пекин прилетало еще несколько тяжеловесов — говорят о желании договариваться по сложным вопросам и искать какие-то компромиссы, а потом выясняется, что стратегия Байдена строится на том, что у Китая слабая позиция и скоро будут проблемы? Ведь если ты веришь, что твой визави скоро столкнется с проблемами, то зачем тебе сейчас искать приемлемый для обоих вариант. Ты лучше дождешься момента, когда он ослабнет и станет уступчивей. Такова американская стратегия?
Похоже, что да. По крайней мере, если Байден верит в то, что говорит про Китай. Но эта стратегия не просто ошибочна — у Китая нет столь масштабных проблем в краткосрочной и даже среднесрочной перспективе — она еще и опасна. Потому что Штаты, с одной стороны, делают ставку на ослабление Китая из-за внутренних проблем, с другой — пытаются усугубить и ускорить их своим давлением на него, а с третьей — еще и провоцируют Китай, обвиняя его в экспансии и планах нападения на Тайвань (прекрасно понимая, что Пекин не собирается переходить к силовому сценарию, к нему прибегнут только в том случае, если Штаты доведут ситуацию до предела — например, будут готовы к признанию независимости острова). То есть американская стратегия не только противоречива, но и приводит к ускорению деградации отношений с Китаем — к моменту, когда в Пекине придут к выводу, что говорить в Вашингтоне не с кем и не о чем. Конечно, это произойдет уже после 2024-го года — тем более что тогда американская элита действительно будет еще больше погружена во внутренние проблемы раскалывающейся страны.
А пока что Китай даже не отвечает на байденовские размышлизмы. Хотя косвенным ответом можно посчитать слова министра иностранных дел Ван И, сказанные им в Сингапуре: «США в своем стремлении сохранить однополярную гегемонию не желают видеть развитие Китая и других развивающихся стран… Эта порочная практика только подорвет авторитет США, раскрыв тот факт, что эта страна стала крупнейшим дестабилизирующим фактором в мире».
А что делают с дестабилизаторами? Стабилизируют или изолируют — и если второй вариант зависит от усилий всего остального мира, то с первым, если смотреть на США изнутри, могут справиться только сами американцы. Хотя пока что представляются куда большими шансы на то, что дестабилизирующая роль Америки в мире будет аннулирована внутренней дестабилизацией, — как минус на минус дает плюс. Всем, кроме самих американцев.
